Номер телефона

Последнее обновление:

Почему уголовники не извиняются?

На первый взгляд, странный вопрос, не так ли? Ведь если говорить в целом, обо всех людях, то каждый. мол, человек – индивидуален и кто-то склонен к извинениям (в случае неправильного поведения или ошибочных поступков перед окружающими), ну, а кто-то – нет. И какая, мол, разница – уголовник это или нет. Масса тех, кто, не являясь уголовниками, таки не склонен к извинениям. И, наоборот.

На самом деле, все несколько проще. Или сложнее. И здесь в статье мы детально рассмотрим, почему отсутствие извинений (в необходимых случаях) – это один из признаков уголовника.

Для начала немного поговорим о том, кто такой уголовник, какого человека можно назвать уголовником. Ну, для того, чтобы было понятнее, о чем здесь дальше пойдет речь. Дело в том, что это понятие можно трактовать по-разному.

Уголовник – это человек (лицо), который совершает поступки, вредящие другим; причем, эти поступки являются противоречащими праву или системе и/или ценностей конкретного общества, социума. И, кроме того, это такой человек, который отдает отчет своим действиям (т.е. это не сумасшедший, не невменяемый).

С одной стороны, если оставаться в строго правовых рамках, то в качестве уголовника следовало бы считать такого человека, который, во-первых, совершает противоправные поступки (проступки, деяния). Во-вторых, эти поступки являются такими, о которых идет речь именно в уголовном кодексе (государства). И вот тут, если придерживаться именно такой трактовки, можно впасть в противоречия. Дело в том, что даже одно и то же государство на разных исторических этапах вполне может одно и то же деяние считаться уголовным (т.е. подлежащим наказанию) или не считаться;

например, в СССР действовала уголовная статья, наказывающая спекуляцию – перепродажу товара в частном порядке с целью получения прибыли; тогда как в России это не только не наказывается, а и поощряется (при условии, если человек заплатил налог с доходов)

для одних людей одно и то же деяние может быть наказуемым, а для других – нет или даже поощряться.

Например, депутат российской Госдумы может говорить вслух о вреде для здоровья сетей 5G; но если примерно об этом скажет обычный гражданин (т.е. не депутат), то его вполне могут оштрафовать.

Т.е. одному говорить можно, а другому, стало быть, нельзя.

Или взять убийство человека. Одним людям такое разрешается в определенных случаях (например, военным), другим – запрещается (например, обычным гражданам).

Ну, и так далее, примеры можно приводить дальше. Понятно, что тут можно долго вести речь о статусе, профессии, конкретной ситуации, в которой человек совершает то или иное деяние. Но, это все не имеет никакого значения; имеет значение лишь сам факт:

  • перепродал товар или не перепродал;
  • убил человека (неважно кого, врага или друга) или не убил;
  • сказал о вреде сетей 5G или не сказал.

А уж КТО, когда и при каких обстоятельствах это сделал, «разрешено» ли ему это делать или «нет» - это уже вопрос даже не второй, а предпоследний. Это мы учитывать не будем. Иначе, повторимся, получится неразбериха. В частности, применительно к описанным трем ситуациям:

Перепродавать товар другому человеку – ну, почему бы и нет? Тем более, и раньше, во времена СССР это было сплошь и рядом. Только тогда те, кто перепродавал товар, именовались в качестве «фарцовщиков», «спекулянтов» или т.п. А сейчас – просто перепродал, да и все (главное, чтобы купили);

Если кто-то кого-то убил – да, это плохо. И неважно, военный он (когда есть у него такие, так сказать, полномочия) или нет. Убийство другого – это ВСЕГДА плохо, вне зависимости от профессии человека, возраста и т.д.;

Если взять сети 5G – так да, вред от них вполне может быть. Ведь чем выше частота СВЧ-излучения, тем выше вред от него (при одинаковой мощности) – вплоть до теплового (и светового) излучения, которое эффективно задерживается кожей. Так как у сетей 5G частота выше, чем у типичных ныне сотовых телефонов, то, скорее всего, и вред от них будет (при одинаковой мощности) выше, чем от обычных сетей. Да к тому же следует принять во внимание и тот факт, что сети 5G дадут ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЙ фон СВЧ-излучений, т.е. общая мощность СВЧ там, где будет 5G, увеличится; т.е. увеличится ОБЩИЙ фон вредных излучений; и, соответственно, уровень вредности также увеличится; об этом, кстати, «почему-то» практически никто не пишет.

Т.е. далее будем считать уголовником того, кто совершает нехорошие поступки – как с точки зрения права, так и с точки зрения общества, социума и при этом понимает, ЧТО делает.

Может возникнуть вопрос – а как же конкуренция, к примеру?

В самом деле, ведь любой конкурент (скажем, на рынке) в чем-то вредит другому конкуренту (своему сопернику). Как его отличить от уголовника? Скажем, человек картошку продает. Или автомобили. И есть другой человек, который делает то же самое. Они – конкуренты. Т.е. каждый из них перехватывает на себя часть «своих» покупателей, тем самым снижает выручку другого.

Очень просто. Ведь продажа товара (картошки, автомобилей или чего-то еще) – это вполне одобряемая и, главное, ПОЛЕЗНАЯ для людей деятельность. За исключением ситуации, когда идет торговля вредными видами товара (например, наркотиками). А вот уголовные занятия (убийства, воровство и т.д.) – это ВРЕДНЫЕ виды деятельности.

Иными словами, уголовник – это тот, кто не просто вредит другим, а еще и делает это вразрез с человеческим благом, как для одного человека, так и для общества в целом. Причем, он(а) явно или косвенно понимает, что делает плохо другим (иначе это – не уголовник, а сумасшедший или кто-то из этой серии).

С этой точки зрения людей, которые хотя и нарушают закон, но делают это вынужденно, для помощи другим людям – в контексте данной статьи сложно назвать уголовниками.

Итак: почему уголовник НЕ извиняется?

Сходный вопрос: почему уголовник не испытывает угрызнений совести?

Впрочем, у некоторых уголовников все-таки может просыпаться совесть. Например, раньше были воры в законе, у них даже свой кодекс чести был, который запрещал совершать воровство, например, у детей, у инвалидов и т.д.

Дело тут вот в чем: уголовник совершенно иначе воспринимает окружающих людей. Чем, скажем так, НЕуголовник. В самом деле:

  • Для НЕуголовника другой человек – это такой же (ну, плюс-минус) человек, как и он сам. Т.е. такой же носитель прав, свобод и обязанностей. НЕуголовник относится к другому человеку в определенной степени так, как и к себе самому. Общаясь, взаимодействуя с другим человеком, НЕуголовник понимает, что да, вот перед ним – живой человек. со своими мыслями, чувствами, желаниями и т.д. Быть может, даже с эгоистическими и вовсе  дурными желаниями, но тем не менее. Соответственно, НЕуголовник, каким бы (даже эгоистичным, злым или т.п.) он ни был, тем не менее, взаимодействует с человеком как с человеком…
  • А вот у уголовника понимание ситуации определенно иное. Для него окружающие – это точно такой же ресурс, как и, скажем, древесина, вода, полезные ископаемые и т.д. Соответственно, и общается он с человеком именно с такой позиции. Если он чувствует, что человек сильный, может ему как-то противостоять или даже ответить – то тут даже возможен некий «мир», паритет. А если нет – то человек, взаимодействующий с ним, так или иначе превращается в жертву. И тут уже в зависимости от того, к какому типу принадлежит уголовник. Если он вор (т.е. имеет склонность присваивать чужое) – то ВСЕ (да-да, ВСЕ) окружающие для него в первую очередь будут представлять ценность с той точки зрения, чтобы у них что-то «взять» (т.е. украсть). Неважно что, хоть пустую бутылку, если взять совсем уж нечего. Если уголовник склонен к убийству (маньяк) – там будут уже несколько иные «интересы». Если он – мошенник, соответственно, он КАЖДОГО будет воспринимать, в первую очередь, с точки зрения – а можно ли его как-то обвести вокруг пальца, стянуть с него хоть что-нибудь.

Иными словами, уголовник НЕ БУДЕТ воспринимать человека именно как человека. Для него человек – это, в лучшем случае, скотина, вещь. А то и даже не скотина, а банальный источник наживы и/или бандерлог…

Может быть резонное замечание: как же так, есть ведь и «душевные» уголовники

В самом деле, есть. Которые, иной раз, кажутся даже душевнее (на первый взгляд), чем «обычные» люди. С одним лишь нюансом: даже душевный уголовник (который искренне разговаривает и обнимается с кем-то, например, сидя за праздничным столом) – все равно он в первую очередь будет «просчитывать» своего «уважаемого собеседника» на предмет возможной наживы или т.п.

Важно понимать: уголовник и в самом деле может быть искренен и чистосердечен со своей жертвой (ну, в той мере, насколько позволяет ситуация). И ОДНОВРЕМЕННО столь же искренне и чистосердечно будет выжидать момент, когда бы у нее (у жертвы) стянуть кошелек или т.п. Это важно иметь в виду при общении и ином взаимодействии с подобным контингентом. Просто эта искренность… она иного рода, отнюдь не такая, как у НЕуголовников.

В самом деле, представьте, что Вы, находясь в отличном настроении, зашли, скажем, в лес. Там – грибы, ягоды, птички поют… И у Вас так легко на душе, радостно и весело. И с радостью, с азартом Вы… нагибаетесь и срываете гриб, ягоду… или срываете цветок. Так вот, практически абсолютно то же испытывает и уголовник, «побираясь» к своей жертве, а затем «работая» с ней. Для него это точно такое же «дело», как сбор грибов, ягод для «обычного» человека. Попутно, разумеется, уголовник может испытывать и страх (быть пойманным и наказанным) или что-то подобное. Но, это – ВТОРИЧНОЕ чувство. Не оно управляет его эмоциями.

Есть, правда, и исключения. Это когда уголовник или после отсидки в тюрьме, или по каким-то иным причинам вдруг принимает решение – воспринимать людей именно как людей, а не как ресурсы и объекты наживы. Да, такое бывает. И вовсе не оттого, что уголовник «исправился». Нет. По всей видимости, дело тут в том, что уголовник, еще раз, начинает (вдруг) относиться к людям – именно как к людям. Или, если сказать точнее, начинает в определенной степени отождествлять себя с ними.

Но, следует сказать, что такие случаи – довольно редки. Обычно уголовник лишь «совершенствуется» в своих делах и всего-навсего начинает более качественно подходить к вопросам «взаимодействия» со своими жертвами. И если и прекращает свои деяния – то в основном из страха последующего наказания. Впрочем, бывает и так, что кто-то просто слегка мудреет с возрастом.

Так вот: почему уголовник не извиняется?

А всего-навсего потому, что ему НЕ ЗА ЧТО извиняться. Ну. не чувствует он за собой никакой вины. И даже если его сажают в тюрьмы или наказывают иным образом – у него возникают, как правило, иные ощущения, но вовсе не раскаяние.

Еще раз, случаи исключений, которые нет-нет, да и встречаются, мы здесь не принимаем во внимание.

Ну, скажем, украл человек чужой кошелек. Или – присвоил крупную денежную сумму, которая предназначалась, скажем, для больных раком. Или – подставил коллегу на работе, из-за чего у того возникли крупные неприятности. И? В чем же ему извиняться-то? Неужели же в том, что он всего-навсего искренне (да-да, ИСКРЕННЕ) взял, да и присвоил (или – взял, да и подставил)? Да, присвоил, позаимствовал у тех, у кого «нельзя не позаимствовать» (ну, потому что они: глупые, слабые, так им и надо, сами заслужили, т.п. – нужное подчеркнуть).

Ну, это как кошка: прыгнула на стол, увидела мясо да и съела. И? В чем ее вина-то? Она же… всего лишь съела мясо. Ну, да, чужое – и дальше что? Взяла, да и съела. И всё. Какие тогда претензии-то? Примерно также и рассуждает уголовник. Или даже не рассуждает (если неспособен к рассуждениям), а просто присваивает, да и все.

Попутно он может даже подстроить под это дело некую теорию-оправдание. Типа, у него «работа такая» или «он не мог не украсть» или он «вор по жизни». Но, это лишь словесная надстройка, она не несет никакой ценности вне зависимости от ее смысла. Т.е. это – банальная болтовня.

Возможно, кому-то это покажется нонсенсом, странностью. Мол, «так не бывает». Это, мол, выдумки, не может человек так относиться к другим людям. Но, если глубже вникнуть в «рассуждения» уголовников, в их поведение и поступки – получаются именно такие выводы…

Т.е. важно понимать: уголовнику просто-напросто НЕ В ЧЕМ извиняться, а тем более – каяться. Соответственно, понятие «совесть» носит для него в основном умозрительный, теоретический характер. Т.е. просто слово, термин. Поэтому он искренне(!) не понимает, в толк не возьмет – что же от него хотят. Какие извинения, зачем, для чего? Он же всего-навсего … (взял, присвоил, убил, подставил, …). Это для него – рутина, привычное дело. Работа. Зачем же, в чем он будет извиняться?

Итак, уголовнику не в чем извиняться перед своей жертвой просто по причине того, что он не считает свои (уголовные)деяния чем-то из ряда вон выходящим.

Однако, а если так поступать с ним самим?... Тут могут быть два вида реакции:

  1. Ну, да, будь у меня самого такие возможности, я бы и сам так сделал (т.е. взял, присвоил, убил, подставил, …);
  2. Ой, а как это так – у МЕНЯ (украли, присвоили, …).

Кстати, нередко эти два вида реакции присутствуют одновременно, при кажущемся их взаимном противоречии. Т.е. когда касается лично ИХ – так это же совсем другое дело. А почему? Еще раз: потому, что он остальных (всех или почти всех) считает не за людей, а всего-навсего за ресурсы, которые можно брать и использовать по своему усмотрению. Поэтому когда ворует (присваивает, убивает, …) ОН – то это вполне нормально, в порядке вещей. Потому как он не отождествляет себя с окружающими. А вот когда У НЕГО – так это совсем иная ситуация.

Что обстоит совершенно не так у тех, кто НЕ является уголовником, т.е. у тех, кто так или иначе отождествляет себя с окружающими. Такие люди, даже если и сделают что-то неправильно, потом будут рефлексировать (обдумывать, переживать и так или иначе сожалеть об этом). А это – и есть причина ИСКРЕННЕГО извинения, а то и раскаяния за содеянное.

Не извиняться – это принцип уголовной жизни

А здесь мы подходим, кстати, к одному правилу уголовной (в том числе, тюремной) жизни: ни при каких обстоятельствах стараться НЕ признавать своих ошибок, даже если они явные.

Надеемся, теперь понятно, откуда возникло это правило? Да, оно, грубо говоря, выковано самой жизнью, самой сутью уголовных порядков. Потому что тот, кто склонен к извинениям, тот НЕ является уголовником по сути. Т.е. это – не «член команды». Это, максимум, оступившийся; это тот, у которого чуть что – и будет взывать совесть, просыпаться внутри стыд и т.д. А уголовникам это чуждо, они просто не понимают, о чем тут речь, какая такая совесть.

Впрочем, в некоторых моментах она таки могут испытывать стыд, у них тоже может работать совесть. Но даже в таких случаях это происходит, как бы сказать… своеобразно.

Именно поэтому(!) в уголовной среде принято правило: если человек признал свои ошибки и/или извинился, его статус в уголовной иерархии закономерно снижается. Правильно, ибо, стало быть, он НЕ является уголовником до конца. Раз способен извиниться. А точнее…

Одно дело, когда уголовник извиняется для проформы, неискренне, да еще и всячески подчеркивает это: «ну, извини», «ну, ладно, бывает» - и т.д. Это, очевидно, говорит не о том, что уголовник что-то там осознал и понял. Нет, это лишь его попытка – сгладить конфликт, чтобы снизить для себя обвинение или еще для чего-то. Но, это не извинение само по себе.

А вот когда человек начинает извиняться именно ИСКРЕННЕ и другие уголовники это понимают – вот это уже явный повод для них признать в нем так называемого «лоха». Т.е. человека, якобы «слабого», неспособного сдержаться от извинений, неспособного отстоять себя.

И это вовсе не «Евангелие от дьявола», как кому могло бы показаться (хотя, там приводятся аналогичные аспекты). Это – всего-навсего принцип, являющийся прямым следствием уголовной природы, сути уголовника. Для которого искреннее извинение – это вещь абсолютно непонятная и излишняя. И именно потому расцениваемая как признак слабости.

Кстати, не только искреннее ИЗВИНЕНИЕ, а и даже просто сама искренность расценивается уголовником аналогично: стало быть, по его мнению, человек просто слаб, раз неспособен говорить только то, что нужно. Раз «неспособен» сдерживать свой разговор. Особенно, если это происходит с малознакомым человеком. Который ведь непонятно кто – друг ли или враг.

Поэтому следует иметь в виду: искренность как силу – понимают только те, кто НЕ являются уголовниками. А для последних искренность – это слабость, неспособность сдержаться. Такая вот противоречивость, причем – кардинальная. А вызвана она уже обсуждавшейся выше причиной: кардинальным отличием внутреннего миропонимания уголовника от миропонимания НЕуголовника. Т.е. это просто РАЗНЫЕ люди, совсем разные. Ну, примерно, как молодые и старые – это два очень разных мира.

А зная это, можно сразу «вычислять» людей: уголовник это или нет

В самом деле, это – своего рода нехитрый такой экспресс-тест. Который может по-быстрому показать, раскусить человека на предмет его склонности к уголовщине. Способен ли человек признать свои ошибки, может ли ПУБЛИЧНО извиняться? Если да, то такой человек внутри у себя, скорее всего, НЕ уголовник. И даже если он и вдруг совершит что-то неправильное, нехорошее, это, по всей видимости, случайность, вызванная сложившимися обстоятельствами и/или особенностями его когнитивно-эмоциональной сферы (например, человек может быть излишне обидчивым. раздражительным). Но, что важно, нехорошие деяния по отношению к окружающим – это, в основном, НЕ его принцип жизни. За подобные деяния он так или иначе будет раскаиваться – в том числе и с той целью, чтобы в будущем таких деяний избежать, не совершать их.

И другое дело, когда мы видим человека, который до последнего будет «мужиком», т.е. будет делать все возможное, только бы не признать свои ошибки, даже если они очевидны практически всем. Вот здесь следует принять к сведению, что такой человек… либо уже отсидел в тюрьме (как минимум, несколько лет), либо у него еще всё впереди. Даже если он еще не попал в тюрьму, то это, скорее всего, или удачное (пока) для него стечение обстоятельств, или, что чаще, наличие у него некоторых нюансов, препятствующих занятиям криминальной деятельностью. Из серии  - хочу, да не могу. Например, человек вполне бы брал огромные взятки, присваивал бы миллиардами, да вот… нет такой возможности. Взяток никто не дает, а миллиардов – нету рядом так, чтобы их можно было безнаказанно стянуть.

Бодливой корове бог рога не дал – как в пословице.

Кстати, такое встречается не только среди мужчин, а и среди женщин вполне тоже. Немало таких людей, которые искренне, в глубине души не понимают, зачем же, для какой цели они должны извиняться/каяться за свое нехорошее поведение:

  • А за что извиняться-то? За то, что человек искренне считает правильными поступками и поведением?
  • Ну, было, мол, и дальше что? Было, да прошло, все, теперь-то ведь нет. Так зачем извиняться, к чему это?
  • Ой, ладно, извини, извини (это для проформы, просто чтобы отвязались). Ну, что еще-то нужно, ведь уже высказаны извинения.

Подобный экспресс-тест (или критерий – как правильно сказать…) может весьма помочь. Например, при выборе работодателя или сотрудника; партнера; спутника жизни. При его помощи можно вскоре сориентироваться в человеке.

Повторимся, здесь наиболее важна именно способность человека к ИСКРЕННЕМУ и ПУБЛИЧНОМУ извинению, раскаянию. Т.е. если извинение вынужденное, например, принужденное судом или грубой силой – это уже не извинение, а лишь формальность.

Что же касается тайных раскаяний (типа, сам(а) себе или на исповеди в организации богослужения) – то это не публично и потому – не слишком искренне. Впрочем, уголовники неспособны признаться в своих ошибках даже самим себе. Они и сами для себя будут считать, что поступали совершенно правильно, осуждать их незачем. А потому, мол, не за что и извиняться.

Понятно, что при применении такого критерия/теста возможны ошибки. Как оно всегда (да, ВСЕГДА) бывает в психологии. Бывает, на человека находит, что называется, «затмение» и он ведет себя совершенно не так, как привык поступать обычно. Но, в любом случае, тот факт, что человек неспособен к искреннему извинению за содеянное – должен максимально насторожить окружающих. И если они будут продолжать взаимодействовать с таким человеком – им следует быть готовыми и к некоторым аналогичным (т.е. уголовным) нюансам…

И одно дело, если это – просто прохожий на улице. Совсем другое – когда это – член семьи, ответственный сотрудник или начальник (не говоря уже о крупном начальнике – управленце). В последних случаях есть уже серьезный повод для опасений.

То же самое можно сказать и, скажем, о лицах, претендующих не должности депутатов, президентов и т.д. Проанализировав поведение людей на высоких должностях на основе указанного критерия, можно сделать уже сразу предварительные выводы о том, уголовники ли они (как минимум, по сути, т.е. в душе) или таки нет.

Отметим, что если человек обобщенно заявляет о себе что-то типа «да, я знаю, что я – сволочь» или «да, я не белый и пушистый» - то это отнюдь не является его раскаянием за что-либо, так как сказано в общем и целом, без конкретных деталей; в подобных случаях, видимо, следует четко верить сказанному.
Впрочем, существует некоторое количество людей, которые обладают определенной зажатостью

И эта зажатость мешает им быть искренними. Они и хотели бы, да что-то их сдерживает, препятствует раскрытию. Признаться в своих ошибках они, банально, стесняются, робеют. Однако, это встречается достаточно редко, особенно во взрослом возрасте. Если для детей это еще как-то объяснимо и в чем-то допустимо, то для больших дядь-тёть в возрасте от 30 лет сие уже крайне подозрительно.

Если взрослый человек – НЕуголовник, однако по каким-то причинам делает всё, чтобы избежать извинений (даже приватных, не говоря уже о публичных) – то, скорее всего, это и в самом деле слабый душой (духом) человек. Однако, повторимся, это бывает не столь уж часто; гораздо чаще бывает ситуация, когда человек хотя и не является уголовником, но так получилось, что ему приходится постоянно общаться с подобными персонажами и он, по сути, копирует их поведение, подражает им даже в общении и с нормальными людьми тоже. Т.е., фактически, такой человек тренирует в себе уголовные качества (даже, быть может, сам того не осознавая).

Кстати, желание искренне раскаяться, совестливость в соответствующих случаях некоторые психологи приравнивают к… тревожности

Да, увы, нередко это так и есть. Если вам вдруг встретился такой психолог (а они достаточно многие – такие), то следует понимать, что, скорее всего, он(а) оперирует у себя в уме, увы, уголовным мироощущением и пониманием (даже если он пока не собирается ничего красть, не собирается никого убивать). Или же это (в лучшем случае!) простачок, который начитался психологической дребедени и поверил в нее. В будущем он, скорее всего, сделает более адекватный, более точный выбор: либо в сторону уголовную, либо – в противоположную, т.е. пополнит ряда нормальных людей.

Причина, по которой так происходит, надеемся, понятна. Да, психологи так считают именно потому, что взяли за основу психологические теории, составленные психологами-уголовниками (как минимум, уголовниками в душе). И таким психологам захотелось усвоить именно такие теории. Почему-то…

Увы, что же тут поделаешь. Разве что – терпеливо ожидать, пока такого психолога не стошнит от этих теорий, т.е. пока он не поймет их лживость и однобокость. Пока не поймет, что если они и применимы, то исключительно… к уголовникам. Да и то, не ко всем. Пока не поймет, что применять их ко всем остальным людям – это, как минимум, ошибочно.

Итак, напомним две основных причины, по которым уголовники отказываются извиняться:

  1. Непонимание, за что же, почему это они должны извиниться, так как сами-то они искренне считают, что все делают правильно и что их жертвы «сами всё заслужили». Это происходит по причине расчеловечивания людей (жертв).
  2. Нежелание снизить свой статус в глазах собратьев по разуму, т.е. других уголовников.
Как быть с уголовниками?

Имеется в виду – в рамках вышесказанного. Как поступать с ними, как взаимодействовать? Ведь дело в том, что если они не желают признавать своих ошибок, чистосердечно извиняться – рано или поздно они запоминают такое поведение и оно сильно закрепляется в их психике; и в итоге с ними становится невозможно иметь более-менее серьезные дела, не говоря уж о том, чтобы положиться на них, доверять им. Поэтому – как же быть? Тоже расчеловечивать их – как поступают они сами?

На самом деле, вопрос дискуссионный. Отметим лишь, что расчеловечивание еще никогда никому пользы не приносило. Оно лишь убеждает тех, кто его осуществляет, в том, что, якобы, «жертвы сами все заслужили» и что, якобы, «можно» поступать с ними нехорошо, т.е. воровать у них, убивать, насиловать, объявлять им войны и т.д.

Отметим, что в некоторых правовых системах как раз и производится расчеловечивание уголовников. Точнее, не только их, а и практически всех, кто попал под статьи уголовного права. Как правило (за редким исключением), такое расчеловечивание происходит в тоталитарных, нехороших государствах, где нет уважения к человеку, свободе, демократии и т.д. Примеры таких государств приводить не будем, надеемся, читатель сможет выяснить это самостоятельно.

В таких государствах человек, даже и не будучи уголовником (т.е. условно «свободный» гражданин), НЕ является человеком в полной мере. Он УЖЕ расчеловечен. Ну, а уж если он становится уголовником – тогда тем более, - расчеловечивание в отношении него осуществляется еще сильнее. Поэтому, как следствие, в подобных государствах и процветают уголовные порядки, мышление среди населения. Даже культура, язык (так называемый сленг, жаргонизмы) – содержат существенную примесь уголовных понятий и традиций. Это, еще раз, прямое следствие расчеловечивания ВСЕХ тех, кто проживает в таком государстве. Вне зависимости от принадлежности к уголовникам.

А если не расчеловечивать уголовников – тогда что делать?...

Тут, как говорится, клин клином вышибают. И если человек (уголовник) не понимает добрых слов, с ним более эффективно получается (ну, как правило) взаимодействовать несколько иными методами. Например, силовыми.

Еще библейский Екклесиаст сказал: «что слово для мудрых, то палка для глупых».

Мы вовсе не пытаемся призывать к использованию «палок». Просто следует понимать, что те, кто занимается расчеловечиванием других людей. а потом неправильно (мягко говоря) с ними поступает, просто физически неспособны понимать слова, увещевания и т.п. По банальной причине: потому что они НЕ воспринимают окружающих за людей в полном смысле этого слова. Соответственно, и их (людей) слова для уголовников – это пустой звук (и добро, если хоть не раздражающий звук, а просто пустой). А вот когда перед ними возникает нечто более ощутимое, например, силовое воздействие в том или ином виде (скажем, от сотрудников правоохранительных органов, вооруженных сил и т.п.) – вот тогда-то некое «понимание» к ним приходит, нередко очень быстро и результативно.

Понятно, что это совсем, кардинально не то понимание, которым проникается совестливый человек, рефлексирующий по поводу того или иного своего проступка. «Понимание» уголовника гораздо проще и приземленнее, без «теорий». И заключается оно в очень простой мысли: не хулигань, а то плохо будет.

И вот эта-то мысль, если она более-менее успешно усвоена уголовником, вполне способна удерживать его от нехороших действий. Собственно, на этом и построена мировая пенитенциарная система (т.е. система исполнения наказаний). В каждом государстве такая система может иметь определенные (даже уникальные) особенности и различия, но общее имеется, по-видимому, у всех пенитенциарных систем. Заключающееся в том, что к тем, кто не понимает слов, применяются иные (в том числе, силовые) воздействия. Т.е. как раз по рекомендации Екклесиаста.

Примечание. Лишение свободы в этом ключе тоже можно рассматривать как силовое воздействие. Ведь оно осуществляется принудительно, против желания уголовника.

Для того, чтобы определить характер и степень таких воздействий, существует система (уголовного) права. Которая также разнится в зависимости от особенностей конкретного государства. В нехороших (тоталитарных) государствах уголовное право всего лишь усугубляет расчеловечивание уголовников. Провоцируя, в свою очередь, еще более сильное расчеловечивание этими уголовниками других людей. И так далее, по принципу домино. Поэтому в таких государствах заявления об «исправлении» уголовников при помощи уголовного права являются лишь наглым и лживым лицемерием. Причем, вредным для самого государства, так как фактически, лицемерно заявляя об исправлении, такое государство расчеловечивает уголовников; и общество (так как люди-то в целом – не совсем уж дураки) в целом считает, что расчеловечивание (под прикрытием слов об «исправлении»), якобы, является «единственным» возможным способом ликвидации уголовного поведения. Это приводит к тому, что у общества, банально, сбиваются, а потом и отмирают моральные якоря (принципы). В итоге, такое общество медленно (или быстро), но верно движется в пропасть, к распаду. В условиях ликвидации моральных якорей постепенно превращаясь в стадо животных. Готовых перегрызть друг друга.

А в нормальных государствах – используется, условно говоря, «мягкая» сила, направленная не на расчеловечивание, а на развитие(!) уголовников – в надежде, что они, повысив уровень своего человеческого (не уголовного!) развития, поймут, что, вообще-то, можно жить совсем иначе (и это будет лучше, эффективнее для самого уголовника), без применения навыков уголовного поведения по отношению к людям.

О сродстве поведения животных и уголовников

Аналогию можно найти в животном мире, когда животных дрессируют. Кстати, поведение и «мироощущение» уголовников – это и есть, по сути, животное мироощущение. Так или иначе сводящееся к психологии самки или самца.

Скажем, волк, нападающий на зайца (или лося) – разве он будет испытывать какой-то стыд, угрызнения совести? Нет, конечно. Он же кушать хочет. Собственно, у него (волка) и выхода-то иного нет, ибо если он не нападет на свою жертву, то в итоге просто помрет с голоду. Потому как травой (а также землей, камнями) питаться неспособен. И вот этим он (волк) существенно отличается от человека. У человека нет крайней необходимости применять именно животную (самцово-самочную) модель поведения, в отличие от животных.


Комментарии:
Всего комментариев:0
Пожалуйста, не забудьте ознакомиться с правилами оставления комментариев.



Подписаться на комментарии на этой странице

Мы можем выполнить

Другие услуги
Интересная и полезная
информация
НАПИШИТЕ НАМ
Яндекс.Метрика
Номер телефона
© Copyright Все права защищены 2013-2022 Научный консалтинг