Научный консалтинг
Главная
Контакты
Номер телефона
Как мы работаем
Гарантии
Условия
Цены

Отцы и дети

Роман «Отцы и дети» написан писателем И.С. Тургеневым в 60-е годы XIX века. Нигилизм (отрицание всего, что есть традиционное) молодого поколения (или «детей») и консерватизм поколения «старших» (ну, т.е., «отцов»). А почему, для чего это? Чем вызван нигилизм, чем вызван консерватизм? Так ли все просто?...

Самое интересное, что эта проблема в том или ином виде (т.е. конфликт отцов и детей) возникала, видимо, еще с древних времен. Существует она и сейчас.

Причины тому находят самые разные. Тут и нежелание детей слушаться старших; и неспособность старших открыть пути для развитий детей; и взаимная меркантильность; и малоопытность детей; и «разные» понимания действительности (старшие, мол, отстают от жизни, а, молодые - не имеют опыта). И т.д.

Кстати, последняя из «причин» используется, вроде бы, чаще других. Понятно, что использование той или иной причины (ни одна из которых, вообще-то, не является верной, ибо, как минимум, не отражает сути конфликта между молодым и старшим поколением) происходит в тех случаях, когда это кому-то выгодно. По принципу – ветер дует, потому, что деревья качаются.

Читатель тут же может возразить: ну, мол, здесь автор очередную верную (для себя) версию излагает. Возможно. Однако, ни одна из приведенных выше версий не направлена на суть конфликта, являясь, по сути, лишь феноменологическим описанием. И то, повторимся, неверным.

Для ответа о причинах конфликта между младшими и старшими, в общем-то, необходимо и достаточно взглянуть на суть тех и других. Понять, при каких обстоятельствах (серьезного) конфликта не будет даже теоретически. А при каких – без него обойтись практически невозможно.

Отцы, дети, взрослые, молодые...

Итак. Что такое молодой человек и чем он отличается от пожилого? Надо сказать, что, вообще-то, исследованием подобных вопросов занимается немало ученых. Защищаются диссертации по схожим темам, в большом количестве пишутся дипломы и курсовые работы. Пишутся научные статьи. Конкретных авторов, исследование их точек зрения и т.д. мы здесь перечислять не будем, так как эта статья не претендует на научную – в строгом смысле такой терминологии.

Итак, что такое молодой человек? Это, естественно, тот, кто произошел от того, кто (есть или был) старше. Правда, имеется некая гипотеза о том, что, мол, род человеческий произошел по божьему велению (а то и по щучьему хотению), но, даже если это и было – то очень, очень давно. За прошедшее время человечество успело существенно измениться (уж чего-чего, а божественной-то сути в нем осталось совсем немного, даже если когда она и была). Разговор идет о более-менее современных (ну, плюс-минус несколько столетий) людях.

Вначале такой человек был даже не молодым, а, как принято говорить, «маленьким» (хотя, на наш взгляд, весьма и весьма спорным является вопрос – кто же является маленьким на самом деле: тот, кого так называют; или тот, кто так говорит… ну, да ладно, не будем углубляться в детали). Конечно, если судить по массе или росту, это одно. А если по некоторым другим параметрам – то, иной раз, совсем другое.

Далее, мы будем (весьма условно, лишь с той целью, чтобы читателям было понятно, о чем идет речь) называть маленьким такого человека, возраст которого не превышает, ориентировочно, 10 лет (строго говоря, величина возраста - понятие очень и очень условное и приведена лишь для приблизительной ориентации). Однако, это запутывающий термин. Поэтому будет лучше, если мы обозначим такого человека как малого.

Так, вот, малый. Как правило, это – человек, обладающий большими потенциальными возможностями развития. Способный усвоить ГОРАЗДО больше информации, чем «взрослый», точнее, большой.

Далее, в целях большей корректности, мы будем вместо термина «взрослый»  пользоваться термином «большой». В самом деле, давайте посмотрим на некоторых «взрослых» (ну, т.е. на тех, кто не только паспорта получили и на работу научились ходить, но и заняли уже кое-какие должности, приобрели «взрослые» познания, умения, навыки. Но при этом, некоторые из них, чем «взрослее», тем активнее, - гадят себе, да и окружающим (курят, пьянствуют, смотрят телевизор, употребляют наркотики, едят ГМО и разную, так сказать, «химию», грабят и убивают, ну и т.д.). И при этом еще и «объясняют», что, да, мол, такой вот закон жизни (или: это так надо, это современно, ну и др.). Хотя причина-то, понятно, что всего лишь одна – единственная, за редким исключением, если не принимать во внимание тех, кто живет на цепи, в тюрьме и т.д., т.е. не обладает свободой: таким людям попросту не хочется жить по-человечески (впрочем, если об этом задать вопрос, ответ на него будет, нередко, совершенно иным). Именно потому (в зависимости от особенностей социального слоя, к которому принадлежит человек, а также от некоторых других причин) НЕчеловеческим (вышеперечисленным) действиям придается логическое обоснование, наполненное содержанием и терминологией, позаимствованными из соответствующего словарного запаса. Ведь если человек не совсем уж олигофрен (или – не просветленный), ему, естественно, необходимо какое-то одобрение его действий, слов и поступков. В первую очередь – одобрение для самого себя. Понятно, поэтому, что называть такое поведение – поведением взрослого – это, значит, банально грешить против истины.

Малый (если его правильно родили, в целом, правильные люди в нормальной обстановке), обладает хорошим здоровьем и чуткостью к бытию. Которое состоит, например, из (про)явлений природы самого разного характера. То, что большому бывает не под силу запомнить за месяц, малый способен усвоить за день.

Не будучи загруженным еще логическими концепциями и логическим способом мышления, малый воспринимает жизненные явления непосредственно. Т.е., во всей их взаимосвязи (собственно, это и дает ему возможность усваивать их в огромных количествах). Что способствует сохранению ясного сознания и, как следствие этого – физического здоровья.

Соответственно, на первых этапах отсутствует и логическая фильтрация происходящего (над чем, у больших нередко принято посмеиваться; почему именно происходят такие насмешки, мы рассмотрим чуть позже… здесь же пока отметим, что процентов на 50 они проистекают от стремления ощутить свое превосходство над малым; когда такое превосходство разрастается, в итоге возникает, вначале, интимное стремление к излишне молодым и, если еще дальше, то - педофилия). Фильтрация у малых происходит по принципу бытия: не следует делать нечеловеческих вещей.

Но, вот малый растет, развивается. Постепенно он начинает не только воспринимать, но и задумываться (включается мышление, в частности, логическое). Он начинает сопоставлять разные явления природы, общества и обнаруживает их логическую взаимосвязь, обнаруживает системные закономерности бытия. Постепенно логический способ мышления так или иначе (и подавляющего большинства людей) занимает доминирующее положение в психике.

Здесь могут возразить, мол, лишь мужчины являются логичными, тогда как женщина, якобы, логике неподвержена. На наш взгляд, подобные утверждения вызваны всего лишь непониманием «женского способа» мышления (ибо последний в большей степени близок к особенностям мышления малолетнего). Так вот, «женский способ», на самом деле, зачастую еще более логичен, чем «мужской». Просто, и там, и там – разные точки приложения мышления. Понятное дело, что со временем (по мере накопления возраста) соответствующий способ, как колея, усваивается все сильнее и глубже. И, в конце концов (осознанно или на уровне подсознания), человек начинает верить, что иначе-то мыслить и невозможно.

Раз возник логический способ мышления, естественно, тут же формируются, а потом обосновываются логические концепции. Которые, в ряде случаев, перерастают в шаблоны: мышления, поведения… и даже чувствования (в тяжелых случаях). В совсем тяжелых случаях человек (большой, к тому времени) чуть ли не каждое свое движение, умственное или душевное проявление осуществляет по шаблону. Понятно, что это вскоре начинает сдавливать человека, он стремится как бы избавиться от… того, что сам в себе взращивал многие годы, а то и десятилетия.

Причем, дело тут совсем не в том, что, мол, человек перерос себя и ему открылись новые горизонты. Как, мол, змея меняет свою кожу.

Нет, здесь - все проще. Просто тот панцирь из шаблонов, привычек, традиций, правил, усугубляющий и ссыхающийся год за годом, начинает все сильнее и сильнее довлеть над личностью, все в большей степени контролируя и ограничивая ее проявления. В тяжелых случаях, подобных людей называют душевными (или интеллектуальными) инвалидами.

Кстати, иногда так называют психологов.

Впрочем, чаще их еще называют оптимистами или пессимистами – в зависимости от того, как человек себя ведет ВНЕШНЕ.

Если же подобный панцирь отсутствует, то, как говорится – на нет и суда нет. Такому человеку нет надобности «перерастать себя», преодолевать «возрастные» и иные психологические кризисы (по большей части выдуманные психологами).

Фактически, подавляющее большинство больших людей отличаются от малых лишь более высоким объемом жизненного опыта и, соответственно, большим багажом концепций, точек зрения, мнений и т.п. Ну, и, разумеется, более высокой массой тела, ростом, наличием морщин. А также самомнением на предмет того, что он на что-то способен (впрочем, на последнее, т.е. на способности, к сожалению, способны не все большие). Конечно, есть действительно взрослые люди, но это, скорее, единицы, разговор не о них.

Концепции, присутствующие у больших, необязательно могут являться логическими: зачастую они могут быть иррациональными, необъяснимыми. Так, мол, НАДО вот, и все. Что тут еще говорить.

Итак, что имеем? Непосредственность малого и наличие, как минимум, логических, концепций (шаблонов, устойчивых привычек, правил, традиций) у большого. Чем раньше малый переймет приемы рассуждений и действий у старшего поколения, тем раньше его назовут взрослым. А, так как большинству больших свойственна та или иная степень окостенелости (см. выше), то это означает, фактически, что, чем раньше малый окостенеет, тем больше вероятности, что он будет похож на взрослого. Не зря ведь, скажем, факт курения или выпивки рассматривается немалым количеством малых, как признак взросления. Ну, а с некоторых пор, по воле "доброго" (*** "мачо" ***) и СМИ, действующих с его подачи, в эту совокупность добавился еще секс и все то, что с ним связано. Т.е. так же, как раньше среди малых было модно курить и ругаться матом, так сейчас стало модно заниматься сексом (или, по крайней мере, говорить об этом), даже когда серьезной потребности такой, по сути-то, еще нет. А та потребность, что есть, во многом оказывается обусловленной искусственно, т.е. навязана извне. И вот малый начинает считать, что, мол, не соответствовать такому образу – немодно, а, значит, несовременно и не по-взрослому.

Конечно, если говорить о психически больных людях, там очень часто возникают устойчивые и, пожалуй, даже навязчивые привычки. Причем, возникают они гораздо легче и быстрее, чем у «нормальных» людей. Впрочем, граница между нормальными и психически больными людьми – весьма размыта.

Различия между малыми и большими

Так вот, именно здесь и можно видеть корень так называемого конфликта между малыми и большими (детьми и отцами). Все остальные «причины» - это уже лишь следствие этого, можно сказать, «исходника».

Т.е. дело совсем не в том, что малые видят и желают видеть что-то новое, тогда как больших, мол, это не интересует.

Все правильно. С одной стороны, а как же их будет что-то интересовать, если они уже стиснуты (каждым своим) панцирем? И который не то, чтобы не желают скинуть: напротив, всячески оправдывают его наличие (ну, до поры, пока совсем уж не приперло от безысходности...).
Это, мол, наш жизненный опыт такой.
Мол, нам так проще и удобнее.
Мы так привыкли.

Ну, и так далее, вариантов выражения вслух может быть много, но суть их – полностью одна и та же. Даже небольших отличий увидеть, как правило, невозможно.

С другой стороны, малые, как уже говорилось, как правило, не обременены серьезным жизненным опытом. Чем пользуются… кто бы Вы думали?

Ну, конечно. Большие – и пользуются. В своих корыстных целях обманывая малых, навязывая им то, что для них (для больших, т.е.) удобнее и выгоднее. Ну, а на словах – там иной раз чуть не соловьями заливаются – и о любви, и о заботе и о прочих радостях жизни.

Впрочем, есть и такие большие, которые, даже не стесняясь, демонстрируют малым свою собственную суть – открыто и конкретно. Потом такие малые жалуются друг другу и в интернете о том, что, мол почему мама (папа, бабушка, учительница… - варианты) постоянно ругается, называет нехорошими словами, не любит и т.д.

Но, конечно, таких не столь много. Очень немало тех, кто делают это… не то, чтобы исподтишка. Опять-таки, будучи закованными в панцири, такие люди внешне и внутренне (в мыслях, т.е.), вроде бы, ведут себя хорошо и живут «правильно». Ну, а на практике-то… бывает по-разному.

Хотя, нередко недостаток опыта у малых создает им проблемы. От которых их и пытаются оградить, защитить большие (надо отдать должное: такова, все же, подавляющая часть больших) – в меру усвоенного ими жизненного опыта. Все бы ничего. Да только, опять-таки, иной раз делают  это ТАК, что, глядя на это, так и хочется сказать: «лучше бы они этого не делали вообще».

И дело тут совсем не в гиперопеке. А в том, что большие, по сути, своими подобными действиями лишь навязывают малым свое понимание о том, как должно быть хорошо и правильно, как надо и как  - не надо; навязывают свою окостенелость, а то и омертвелость. Иначе говоря, создают у них аналогичные панцири, в которых существуют, бедолаги, сами.

Т.е., получается, и так, и сяк – плохо. Когда большие заботятся о малых – плохо. Ну, а если не заботятся – так это ЕЩЕ ХУЖЕ. Достаточно многие большие это, конечно, понимают (часто - на интуитивном уровне, без "лишних рассуждений", как иногда говорят). Поэтому делают меньшее из двух зол: заботятся, исходя из своего опыта (или же, вообще ничего не понимают, а просто делают так, как привыкли). Т.е., в общем-то, поступают логически правильно.

Если все правильно, то откуда конфликты?

Однако, почему же тогда при такой вот «правильности» образуется конфликт между большими и малыми? Причем – корни его, естественно, растут даже не из сегодняшнего дня, а из глубины веков. Почему так?

Как уже говорилось, со временем большой подвергается окостенелости (вырастает панцирь), которая проявляется практически во всем: в образе мышления, привычках, поведении, взглядах на жизнь. Да и – в физиологии – тоже. Да, именно большие (точнее, пожилые) склонны к разного рода наростам, искривлениям, отложениям, склерозам… . Склонны больше, чем малые – если говорить в целом.

Так вот, на самом деле, все это – взаимосвязано. Не зря ведь еще древние выразили простую мысль: «в здоровом теле – здоровый дух». Дело в том, что с возрастом у большого постепенно нарушается здоровье. Понятно, что у одних этот процесс практически не имеет места и человек, прожив 40, 50, 70 лет – все также чувствует себя свежим и легким. А кто-то (тем более, в современных условиях стараний СМИ) – уже и в 20…30 начинает испытывать старческие симптомы.

Ухудшение физиологии может проявляться либо локально (т.е. в определенных местах), либо – глобально, т.е. в целом везде по организму. Например, начинаются проблемы с сосудами. Что, в свою очередь, вызывает множество других проблем, в частности, с психикой.

При этом начинают отмирать не только отдельные нервные клетки, но и целые области мозга. Особенно существенно такое проявляется в моменты инсультов, когда человек может забыть даже, скажем, как пользоваться полотенцем или ложкой. Отмирают области – и у человека теряется память, рефлексы, умения, навыки.

Понятно, что то, что человек усвоил НАКРЕПКО, то, что идет от его СУТИ, конечно, разрушается не так быстро а, как правило, в самую последнюю очередь. Не даром, в конце концов, творческих людей, одаренных ученых, как правило, до конца лет сохраняются способности к мышлению в соответствующих (да, зачастую – только в соответствующих, а не во всех остальных) областях. Например, ученый, даже находясь в степени тяжелого психического расстройства, все же периодически готовит тезисы на конференцию, пытается выступать с научными докладами перед санитарами, врачами и иным персоналом психиатрической больницы. Вместе с тем, ему бывает сложно, иной раз, надеть ботинки – он попросту не помнит, как это делается.

Для тех, кто сомневается, что ботинки может быть сложно одеть, вспомните, как Вы в детстве в первый раз пытались научиться завязать шнурки узлом.

Очень часто у человека сохраняются двигательные способности, тогда как умственные и чувствующие – находятся уже в стадии не только упадка, а практически полного угасания.

Случаи же с «лежачими», т.е. парализованными больными, сохранившими более-менее приемлемую способностью к мышлению, на самом деле, здесь ни причем. Дело в том, что таких больных, на самом деле, ГОРАЗДО меньше тех, кто, вроде бы, еще будучи в физической силе и здравии, фактически находится уже вне своего ума и осознания. И живут, во многом, лишь (умственными и душевными) рефлексами – т.е. шаблонами. Кроме того, конечно, нельзя исключать и тот факт, что "лежачим" больным попросту не повезло: у них, в силу изменений в мозге, в первую очередь отмерли (нарушились) те области, которые ответственны за движение.

Так что, строго говоря, от шаблонов есть определенная польза – не зря ведь существует такое явление в психике человека. Они, в случае чего (например, при масштабном поражении мозга), являются как бы спасительными ниточками, проторенными путями, проходя по которым, человек, все-таки, может мало-мальски сносно существовать. А, тем временем, возможно, образуются компенсаторные механизмы…

Почему так все? Потому, что многие люди в большей степени все же осуществляют двигательные движения, а не умственные.

Так вот, продолжим. Точно так же дела обстоят и с нравственными движениями, мыслями, пониманиями. Конечно, в последние годы, можно сказать, «расплодились» разного рода психологические школы, а то и «научные направления» (в рамках которых защищаются диссертации, пишутся дипломы), якобы, обосновавшие то, что, мол, никакой нравственности нет, а есть лишь биологические механизмы и игры ума (придающие этим механизмам элемент нравственности).

Кстати, точно такие же «научные» взгляды имеются и в отношении любви. Не любовь, мол, а химия одна (в том числе биологические инстинкты), а больше-то ничего и нет.

Конечно, вполне возможно, что у кое-кого (а также у тех, кто пытается оправдать этого кое-кого, создавая иллюзорные теории и распространяя их через телевидение, к примеру), действительно, уже кроме химии – ничего больше-то и нет уже. Ибо - ссохлось и омертвело (да, вот там, в самом деле, кроме биологии-то уже ничего и нет… собственно, добро, если хоть биология присутствует – это уже плюс). То, что подобное встречается на практике – это неопровержимый факт.

Однако, фактом является и другое: что достаточно многие люди, все же, помимо химии ощущают и еще кое-кто. Скажем так, более высокие чувства – как об этом принято говорить.

Если в течение жизни человек накопил (путем обилия правильных мыслей, поступков и дел) в себе как бы крепкий «заряд» нравственности, то и тогда, если вдруг, по каким-то причинам, его мозг начнет разрушаться, этот заряд (играя роль шаблона поведения) будет тем самым спасительным мостом, по которому человек сможет продолжить свой жизненный путь.

Ну, а в противоположном (точнее, в противном) случае – да, человека ждет хаос, гадость и разрушение. Не приведи господи, как говорят в таких случаях.

Об одной роли целителей

Автору этих строк как-то (еще давно, лет 20 назад) довелось присутствовать на сеансах целителей. Как бы их не ругали (опять-таки, в результате влияния СМИ вышло на поверхность множество шарлатанов, а настоящих-то целителей слышно не слишком сильно, они потихоньку делают то, что не могут не делать, да и все), но, все же, среди них есть те, кто действительно кое-что может и делает. Так вот, помнится, целитель предупредил, что сейчас начнет общеочистительную процедуру, из каждого, мол, выйдет кое-что затаенное. И если кому станет плохо или еще что – пусть его выведут на сцену.

Так что… минут через 10…15 сцена превратилась – это надо было видеть и слышать – в натуральный зверинец. Т.е. туда вывели множество людей разных возрастов, которые скулили, выли, визжали, делали разные движения – на разные лады (кстати, у женщины, сидящей рядом со мной, тоже появились некие странные звуки; больше потом они, до конца сеанса, не повторялись). А ведь до этого-то все было тихо и спокойно.

Могут возразить, мол, это все подставные, типа, актеры – чтобы целителю поднять престиж и повысить количество посетителей его сеансов.

Возможно. Спорить здесь трудно. Да только вот, когда я в хороший бинокль стал наблюдать, чтобы изучить происходящее действо более подробно, то понял, что, на самом деле, почти всех вывели за руки их родственники или знакомые (там были вполне семейные такие общения, похлопывания по плечам и т.п.). Не думаю, что ТАКАЯ масса людей была куплена и «работала на рекламу» услуг целителя (дело происходило еще в начале 90-х годов прошедшего столетия). И так правдоподобно работала, изображая из себя заботливых родственников тех, кто визжал, крутился, выл и т.п. Дело в том, что в 90-е года подобных спектаклей еще не было принято разыгрывать. Тем более, в г. Уфе (это ведь не Москва и не Петербург).

Самое интересное, что целитель практически всех «выключил», причем – достаточно быстро. В итоге излечению долгое время не поддавалась лишь одна девушка лет 25, у которой то и дело приступы возникали вновь и вновь. И, что характерно, они как-то уменьшались и переходили в некое иное качество, когда целитель прикасался к ней (кстати, ему около 40 лет было, не более). В итоге он, посмотрев на нее внимательно, пообещал ей ремня дать – после чего и у нее тоже все вскоре прошло.

Ну, да, мол, скажет читатель. Собрали там на сцене всех городских психбольных – и что, типа, тут такого странного. Что же, возможно, это и так. Да только, повторюсь, в жизни (в гардеробе, в холле, к примеру) эти люди вели себя вполне нормально. Ну, точнее, с той степенью нормальности, которую можно видеть на улицах города.

Разговор здесь – к тому, что немало людей, которые носят в себе некую «бомбу» внутри (не путайте это с «негативом»). Которая при определенных обстоятельствах может «взорваться» (что психиатрам, а также криминологам хорошо известно). Если точнее – они носят в себе некий ЗАРЯД (конечно, тут все индивидуально), иной раз – немалой силы.

Так вот, зададим вопрос: когда же этот заряд себя проявит? В экстремальной ситуации? Под воздействием целителя? Или – когда отомрет часть более «слабых» областей мозга?...

Не тут ли ключ к особенностям проявления поведения и поступков, скажем так, странностей некоторых (а, может, и не некоторых) пожилых людей? Пока человек в силе, более-менее – в здравии, эта «бомба» компенсируется за счет других жизнеспособных областей мозга. Которые, даже в случае ее срабатывания – способны успешно компенсировать (или подавить), сублимировать ее. Видимо, именно потому целителю тогда и удалось «выключить» (будущих) пациентов по-быстрому: стало быть, у них еще были те самые здоровые психические механизмы, которые, с помощью целителя, справились с ЗАРЯДОМ.

Тем самым, целитель на короткое время показал тем людям (и их родственникам, знакомым), что в них кое-что не так. Т.е. дал возможность убедиться в этом на их личном опыте. Ну, а потом закрыл это. Т.е. показав все, как есть, и предоставив возможность им самостоятельно решать – как жить дальше, куда идти и т.п. Предупредил, одним словом.

Могут возразить: ну, так в чем тогда толк от такого целителя? На самом деле, толк - ОГРОМЕН. Вот, допустим, я собираюсь в дальнуюю (длинной - во всю оставшуюся жизнь) поездку на автомобиле. И меня перед выездом предупредил, к примеру, некий проницательный человек, что в машине то и то неисправно. Так что же?

Конечно, если не обращать внимание, то можно проигнорировать слова этого человека и с "позитивом", "не загружаясь", тронуться в путь. И поехать... ну, до тех пор, пока озвученные неисправности наружу не выйдут. И добро, если повезет и это будет где-то среди людей, в идеале - умеющих ремонтировать автомобили. Ну, а если в поле, снегах, где ни души - нет и не предвидится... думаю, всем понятно, что это уже будет конец.

А как поступил бы лично я? Естественно, прослушав информацию о неисправностях, попытался бы тут же отремонтировать автомобиль. Если же это по каким-то причинам невозможно, то ТАКИМ бы образом спланировал свой путь, чтобы быть как можно больше подстрахованным. Например, старался бы ехать там, где больше автомагазинов, автосервисов. Прикидывал бы: сколько еще "протянет" та или иная деталь, позволит ли она проехать такое-то расстояние? Ну, и т.д. От каких-то маршрутов я бы попросту отказался, какими бы соблазнительными они не были.
Так вот, примерно то же и по поводу людей, узнавших о своих тайных проблемах со здоровьем.

Человек - зверь: почему?...

Когда же мозг человека начинает отмирать, все больше и больше сосудов получают поражения – вполне возможно, что отомрет-то как раз не область с этим зарядом (ибо она – сильная; она ведь подпитывалась и усиливалась на протяжении всей жизни человека). А отмереть может область, где были запечатлены как раз нравственные компоненты (если эта область – недоразвитая и/или мало использовавшаяся по жизни).

Понятно, что при таких обстоятельствах человек постепенно начнет превращаться в зверя. Но, «выключить» которого уже просто так не удастся. Опять-таки примеров тому – масса. И добро, если это – всего лишь милый «блаженный», ведущий себя странным образом, не более того. Впрочем, потому-то, возможно, этот блаженный и является милым, что в течение всей своей жизни, если и не накапливал в себе нравственность, то, по крайней мере, и зла тоже – не копил. Т.е. камней за пазуху не собирал. Потому-то их у него там и нет. Потому он не зверь, а блаженный.

Об отличии малых и больших

Ну, да ладно. Это уже – крайности. Слишком малый – слишком большой. Но, даже если говорить и о срединных проявлениях, и там, все-таки, разница между малым и большим – именно в указанном аспекте (различия в развитии и/или деградации областей мозга) присутствует.

Т.е., грубо говоря, малые и большие – это как бы разные люди. Не только потому, что имеют разную психику (этим отличаются друг от друга мужчины и женщины, т.е. это – несущественное, практически во многом – социально обусловленное различие). А, и это самое главное, потому, что имеют РАЗНУЮ ФИЗИОЛОГИЮ. Вследствие, повторимся, разной степени развития / деградации тех или иных областей мозга, а также, возможно, ряда иных органов. Хотя, внешне может быть все очень схоже (скажем, малый мужчина, в целом, так или иначе похож на большого мужчину).

Конечно, мужчины и женщины в определенной мере тоже имеют разную физиологию. Но, не на уровне мозга (ЦНС), а в более второстепенных, внешних проявлениях (например, в области половых признаков, в области деторождения). Поэтому (потенциальная) способность во взаимопонимании для мужчин и женщин, конечно, гораздо выше, чем у больших и малых. Хотя, впрочем, в последнее время стала укореняться концепция о том, что мужчины и женщины, якобы, практически не способны найти общий язык, т.е. взаимопонимание. Видимо, ясно, что полная абсурдность этой концепции – очевидна.

А факт того, что сейчас стало много (и все больше и больше) разводов, ссор между людьми «противоположного» пола, на самом деле, вызван отнюдь не «разной» их психикой (способами мышления и т.п.). На самом деле, клин между «противоположными» полами вбивает кое-кто через СМИ, в частности, через телевидение – вместо того, чтобы, наоборот, способствовать их взаимному пониманию и сближению. Делается это, разумеется, незаметно, через, вроде бы, притягательные образы и идеи (которые, по сути, всего-навсего умышленно усиливают индивидуальный эгоизм и «развивают» нездоровые желания и тенденции; тогда как здоровые, жизненные-то нередко осмеиваются и ставятся как бы на задний план). Также играют свою роль и разные психологические «теории», ни в научном плане, ни фактически – ничего из себя не представляющие, кроме набора некоторых лозунгов.
Имеется в виду, конечно, не примитивная (механическая и/или вербально-логическая), а более глубокая способность к (взаимо)пониманию. Например, имеющая эмпатийный характер, связанная с образами, чувствами, астральным и иным вИдением. В самом деле, ведь на механический, вербально-логический уровень понимания способен даже компьютер или калькулятор (по сути – полностью неживой предмет – совокупность пластмассы и металла). А вот на эмпатию (тем более, на понимание без слов) способно лишь то, где присутствует живая душа. На наш (возможно, смелый, хотя это видится ОЧЕВИДНЫМ) взгляд, чем более функционален мозг индивида (точнее, чем меньше в нем нарушений, в том числе - возрастных), тем в большей степени он способен на взаимопонимание с другим индивидом. Если нарушений в мозге мало и/или они несущественные (по причине, например, обширного развития компенсаторных механизмов), то, по крайней мере, потенциально, человек будет способен установить взаимопонимание с окружающим его миром, в том числе и с другими людьми. Факт принадлежности его к тому или иному полу, повторимся, здесь играет не столь существенную роль. Ибо различия между полами практически во всем носят второстепенный характер.

Правда, конечно, с точки зрения биологии, рассматривающей только физиологические особенности организма и для которой «личность» вообще не существует (да, строго говоря, в биологии НЕТ такого понятия, как личность, не говоря уже о душе, духе), отличия между полами (мужским и женским) являются практически противоположными. Собственно говоря, понятие «противоположный» пол как раз и пришло из биологии и основанных на ней областей знания. В самом деле, ну почему «противоположный»? А не, к примеру, ДОПОЛНЯЮЩИЙ пол? Или – соратнический пол?
Так это и очевидно: если мы умышленно опускаем из рассмотрения почти ВСЕ качества и характеристики человека, за исключением чисто биологических (а, точнее, за исключением одной только биологической способности к деторождению)… разумеется, при таком рассмотрении (и только при таком) мужской пол будет противоположен женскому и, наоборот.
Это примерно как противопоставлять друг другу белый автобус и черный автобус. Пусть они будут новыми, одной и той же марки и одного года выпуска. Да, с точки зрения ТОЛЬКО цвета, конечно, эти автомобили будут противоположными; в самом деле, ведь черный цвет – противоположен белому.
Черный цвет – это отсутствие всякого света, его точнее можно было бы назвать не черным, а отсутствующим. Тогда как белый, напротив, представляет собой ВЕСЬ спектр. Просьба, не путайте это с излучением АЧТ (абсолютно черного тела). Которое начинает светиться во ВСЕМ спектре частот излучений лишь при НАГРЕВЕ, т.е. когда его температура выше, чем температура окружающей среды. Говоря же об автомобилях, мы подразумеваем одинаковыми все прочие их характеристики, в том числе и температуру.

Но, если посмотреть на все оставшиеся их характеристики – мы увидим практически ПОЛНУЮ идентичность (если, конечно, не принимать во внимание возможный заводской брак или еще что в этом роде, т.е. то, что не является типовым признаком таких автомобилей).


Так вот, подобная демагогия используется и в настоящее время – в целях противопоставления полов. Когда люди искусственно рассматриваются только в свете способности к деторождению и связанных с ним аспектах (в том числе, и обусловленных этим несколько различных социальных ролях); причем, это гипертрофированно усиливается средствами массовой информации, а остальные их характеристики или замалчиваются, или объявляются второстепенными, а то и несуществующими, выдуманными. Поэтому, конечно, нет ничего странного в том, что при таком, очень грубом и поверхностном (попросту сказать – ложном), подходе мужской пол начинает казаться противоположным женскому.
Противоположности между мужским и женским (если, повторимся, принимать во внимание не только обсужденные выше биологические аспекты, связанные с деторождением, а и другие) возникают, пожалуй, лишь в той же самой ситуации, как и в случае различий между малыми и большими (т.е. между младшими и старшими). Т.е. когда один из них недоразвит (например, в результате поражения, атрофии или банальной незрелости мозга) и склонен эту свою недоразвитость оформлять – словесно или в действиях – в виде его «особенного» полового признака.

Например, если мужчина недалекий – так это, мол, потому, что он «мужик» и должен делать дело, а не рассуждать (чем, зачастую, и пользуется начальство, а также «женщины»-самки; попутно, ради собственной выгоды, усиливая в нем подобное стремление «быть мужиком»: пусть, мол, дурачок, считает себя «мужиком» и пашет дальше и больше).
Если женщина недалекая – так что, мол, женщинам же (якобы) логика не свойственна (так что дело-то, мол, вовсе не в недоразвитии мозга конкретной женщины и других подобных аспектах; дело, мол, в женщинах – как таковых). Если она настолько слабая и немощная, что даже неспособна с легкостью поднять ведро с водой (хотя молодая и отнюдь не инвалид) – это тоже, мол, оттого, что она – «женщина». Эта концепция, кстати, поддерживается достаточно многими «мужчинами», боящимися сильных женщин; впрочем, она поддерживается и многими «женщинами» (которые вовсе не настолько уж глупы, насколько хотят показаться) – ведь им так проще и выгоднее: лучше пусть ее называют слабой, да еще и косвенно похвалят за это (а она еще в ответ поддакнет: да, мол, вот устала быть сильной-то; она, на самом-то деле, просто женщиной хочет быть; зачем ей каким-то там ведрами заниматься – пусть дурачок это делает – это уже без слов, про себя), чем она будет ведра с водой поднимать. Знакомо, не так ли?

Ведь не зря есть выражение: «имеющий очи – да увидит». Смысл его в том, что увидеть сможет только тот, кто имеет очи (т.е. имеет то, чем можно видеть); тот же, кто очей не имеет (или они – полностью неисправны) – визуально беспомощен. Конечно, есть полностью слепые художники, а также полностью глухие музыканты (например, Бетховен). Однако, во-первых, это – единицы.

Во-вторых, музыка того же Бетховена, при всем моем уважении к нему и его труду… как бы сказать. Производит впечатление некоей разорванности, заглушенности, что ли. Как будто из нее вынули некоторые существенные созвучия. Ну, т.е. когда за одним звуком, вроде бы, ну просто просится, ДОЛЖЕН быть – другой. А его нет…, увы. Следующий аккорд (звук) – уже, что называется, не из той серии. И так – постоянно на протяжении его произведений (тех, что довелось услышать). Повторимся, это не джаз, а именно – как бы «вынутость» некоторых звуков (созвучий) из состава общей гармонии, нехватка кое-чего. Примерно так, как бывают люди с неполным количеством зубов или иных органов.

Если применять аналогию к общению людей – то эта музыка напоминает периодический сбой эмпатии, т.е. настройки друг на друга. Или – когда один человек рассказывает о подъемных кранах, а другой, в ответ, повествует рассказчику – о бабочках.

Чтобы что-то ощутить, необходимо наличие того, ЧЕМ собираемся ощущать. Чтобы ощутить (нарисованный) пейзаж, нужны глаза. Чтобы ощутить (или услышать) музыку – нужны, например, уши (ну, или иные органы, но пока не будем об этом). Чтобы копать землю, нужны руки. Ну, и так далее. Чтобы понимать (т.е. ощущать: а без ощущения-то – о каком понимании можно вести речь?) человека, необходимо ТО, чем понимают. Другое дело, как это ТО назвать по-разному – душой, особой областью мозга, святым духом, древом жизни или еще чем, но это уже неважно.

Важно тут другое: при отсутствии ТОГО, при помощи которого возможно понимание между людьми, общение между ними будет происходить по принципу Вавилонской башни, т.е. из серии «моя твоя не понимай». Так что, по сути, всевышнему не требовалось даже трудиться и смешивать языки строителей Вавилонской башни. Достаточно было ему на часть из них наслать, скажем, даже не моровую язву (как он нередко делал), а «всего лишь» склероз сосудов головного мозга (тогда, кстати, даже никто бы и не подумал, что произошло «чудо», все бы восприняли происшедшее, как естественный ход событий). Особенно эффективно удалась бы такая затея всевышнего, если бы он эту участь уготовил тем, кто руководил строительством, а также инженерам-специалистам. Но, всевышний на этот раз оказался очень милостливым и ограничился лишь смешением языков.

Т.е. кто-то будет (тихо или громко, вслух или письменно) пытаться кому-то что-то объяснить, используя вербальные, двигательные, эмпатийные и иные, доступные ему, средства самовыражения. А второй «кто-то» будет с удивлением смотреть и спрашивать (вслух или про себя) – что, мол, от него хотят-то. И вообще, типа того, что происходит-то.

Так вот, причина непонимания между людьми лежит именно здесь.

Очевидно, здесь мы не касаемся того случая, когда непонимание лишь разыгрывается и кто-то лишь делает вид, что чего-то там не понимает – извлекая при этом ту или иную выгоду (как говорят в таких случаях – прикидывается дурачком). Ибо в этом-то случае все гораздо проще и понятнее: прикидывающийся дурачком – это всего лишь обычный обманщик. А чтобы понять особенности душевных движений обманщика, никакие особые рассуждения и не требуются, ибо с таковым, за редким исключением, бывает и так все ясно. Если кратко, то можно сформулировать (общеизвестное): обманщик – это обычное животное (типа мухи или кошки, при случае ворующей еду со стола, а в остальном – вся ласка и любовь). Так что для того, чтобы понять, так сказать, "побудительные мотивы" поведения обманщика, никаких особых теорий и "высших материй" изобретать не нужно.

Не зря же говорят, что хитрость – это глупость, помноженная на житейский опыт.

Речь же идет именно о тех, кто искренне не способен понять другого.

Неспособность к пониманию другого - вот причина конфликта

Так вот, именно такая, неподдельная неспособность зачастую лежит в корне первопричин непонимания между большими и малыми (отцами и детьми). Когда первые уже настолько «выросли», что лишились части областей мозга, а также, быть может, еще кой-чего иного. Поэтому они, хоть разбейся, к сожалению, уже даже теоретически неспособны понять человека с гибким, живым умом, уследить за разветвлениями всех его суждений, мыслей, ощущений. Человека (пока он не стал «взрослым»…) с живой душой и свежим чувством, непосредственным ощущением бытия.

Разумеется, здесь не подразумеваются те, кто уже в молодости пропил, прокурил и т.п. - СЕБЯ.

Однако, прожитые годы, в подавляющем большинстве случаев, «заставляют» делать себе фору; и рядиться перед окружающими в одежды осведомленности, опыта и пр. Тем более, если такими окружающими являются малые. Получаются разговоры из серии: «вначале вот дорасти до моих…, потом будешь… ». Вариантов таких разговоров – бесчисленное множество, но суть и, главное, их ПЕРВОПРИЧИНА, как правило, она и та же. Простая и, к сожалению, закономерная… (правда, у всех по-разному – надо отдать должное).

Поэтому большие, часто, попросту НЕСПОСОБНЫ понять устремления малых. В ЛУЧШЕМ случае (это если они, хотя бы, честны перед собой), такие люди способны лишь умом понять то, о чем говорят им малые. Т.е. на вербально-логическом (механическом, компьютерном) уровне (ибо остальные уровни или функционируют плохо, или попросту уже разрушены). А в худшем…

А в худшем, начинают звучать фразы, например:

Я же сам(а) через это все прошел(прошла), почему же ты не слышишь…

И чего ему(ей) надо – ничего не понимаю

Говорит какую-то ерунду, когда я все это еще давным-давно, до него(нее) проходил(а)

Ну, и так далее (впрочем, это еще не самые худшие случаи). Думается, если Вы внимательно читали и поняли все вышесказанное, никаких странностей в подобных фразах для Вас нет. В самом деле, большой-то, конечно, «все это» проходил (когда-то там, сам не помнит уже, когда). Но, дело в том, что «за давностию лет» из памяти «испарилось», пожалуй, немаловажное: свежесть ТОГО бытия, во всех ее оттенках, отблесках и гранях. Ну, а со свежестью, конечно же, ушли и детали. А эти детали, как правило, и заключают в себе, своего рода, «слепок» бытия. В самом деле, ведь глиняная чаша – это, все-таки, детали (творческого замысла гончара), воплощенные в глине, но не просто кусок глины.

Если же в ощущениях сохранился лишь, грубо говоря, СЮЖЕТ ЖИЗНИ, а не сама жизнь… то разве можно что-либо говорить о каком-то жизненном опыте? Ну, да, можно, но лишь, опять-таки, с сюжетной (т.е. с вербально-логической) точки зрения. Еще такую точку зрения можно было бы назвать нормативно-законодательной.

Так вот, что получается? Допустим, у большого имеется жизненный опыт (точнее, уже не опыт, а его останки), в основном, лишь в сюжетной форме (остальная часть уже куда-то делась…). Тогда как у малого, несмотря на малый (пока еще) объем жизненного опыта, он имеет, как правило, качественно иную характеристику: он полон жизненных красок, энергий и сил. То, что в нем запечатлевается, никуда не исчезает, и лишь накапливается, уточняется, шлифуется (при помощи подсознания, а отчасти – и сознательно), в итоге образуя личность.

Еще раз: здесь мы не имеем в виду тех, кто разрушил себя еще в молодости или кому помогли это сделать.

Понятно, что каким бы правильным и справедливым ни был жизненный опыт большого, но, в силу его урезанности, как бы «кастрированности» (если так можно выразиться) в нем, нередко, отсутствует живость, т.е. в нем (практически) нет бытия.

Правда, некоторым большим бывает свойственно гордиться такой своей кастрированностью, например:

Мне уже без разницы, что там и как было раньше (переводим на русский язык: я уже потерял связь с собой, чем пытаюсь гордиться)

Да на меня не действуют (…), у меня броня, как у танка (перевод: мне недоступно бытие – по той причине, что я обычно боюсь, когда мне делают больно, ибо я - банальный слабак и трус и поэтому пытаюсь прятаться за броней, которая уже, в результате, приросла ко мне ТАК, что мне самому уж в ней тошно; но, виду я, естественно, не подам, пока совсем уж не получится безысходность)

Ой, да эти цветочки-разговоры-песенки – скучно все это…, пойду-ка я по делам схожу (перевод: я атрофировался (или уже был атрофирован с рождения) душой, а от скуки и/или чтобы не сойти с ума от безделия, вынужден вот делами заниматься)

А вот и Базаров...

И вот, малый думает: нет уж, воспринимать нечто ссохшееся, омертвелое (пусть, и правильное)… да уж лучше вообще ничего не воспринимать, лучше уж все откинуть и стремиться к новому – ведь про новое, по крайней мере, мне еще неизвестно – живое оно или нет (а вот и тургеневский Базаров – собственной нигилистической персоной…).

Возможно, то, что здесь изложено, кажется и так очевидным (если это так, то, значит, наш стиль изложения Вам понятен и это - хорошо). Однако, мы намеренно применяем, что называется, гиперболу. В жизни же бывает иной раз все завуалированнее.

Например, большой в ЧЕМ-ТО еще способен понять малого – не в рамках своих концепций, а в рамках живого бытия. А в чем-то – уже нет… увы.

Впрочем, с течением времени отношения больших и малых строятся, как правило, по одной из схем: отвержения или послушания. Наличие уважения, взаимопомощи при этом – это уже детали; здесь мы пока говорим о, так сказать, технологии отношений, а не об их моральной стороне.

Понятно, что обе технологии являются, если смотреть на их первопричину, одинаковыми: ни одной из них не присуща ЖИВОСТЬ ВЗАИМОПОНИМАНИЯ, ни одна из них не подразумевает бытия.

Если малый и/или большой выбирает отвержение (нигилизм – как крайний его вариант, который красочно описан Тургеневым), то отношения между ними становятся напряженными, а то и (полу)военными. Что в итоге заканчивается неприятными финалами (судебными процессами и т.д.).

При выборе технологии послушания (чем характерно мусульманство, Русь дохристианской эры) – отношения определяются традициями, устоями, словами старших. Внешне, да, вроде бы, все гладко и хорошо, разумно и правильно. Но – откуда же в этой «гармонии», с одной стороны, столько ожиданий, типа «ну, когда же наконец, он(а) умрет, нам наследство оставит»? Откуда, с другой стороны, столько молодых, постаревших душами еще во цвете лет (из-за, грубо говоря, затхлости мира больших)?

Источник всего этого, видимо, уже ясен и понятен. Однако, технология отвержения, пожалуй, еще хуже.

А что мы имеем сейчас, в настоящее время?

Недавно стою, как говорится, в «очередной очереди» в канцелярию суда (возникла необходимость помощи одному из наших заказчиков по земельному вопросу). Передо мной – очень пожилая женщина. Почти подошла ее очередь – тут подходит еще одна очень пожилая женщина и говорит той:
Ну, я сразу зайду. Та отвечает: так очередь тут.
Ну, и дальше диалог:

Ну, я сейчас зайду. На остановке стояла, замерзла (примечание: на улице температура -5оС)

Так вот стул, посиди, отдохни, очередь-то небольшая

Нет, я сейчас пойду, я ветеран труда

Я тоже

Тут та женщина, что была передо мной, входит. Вновь пришедшая – сразу же ко входу. Ну, вот и настал ее черед – заходит. Дверь приоткрылась, и я слышу примерно следующее:

Кто у Вас судья?.... Бабушка, КТО у ВАС судья?... Так, понятно. Вы – истец. Ответчик – Ваша дочь… Дальше дверь прикрылась и уже не было слышно, о чем разговор.

Тут подошла женщина, которая была передо мной. Вот, говорю, против собственной дочери иск подает. А она отвечает: так что Вы хотите, сейчас это распространено.

А ведь - кошмар, если вдуматься-то.

Тут подходит мужчина, занял очередь. Через некоторое время спрашивает: там кто-то есть? Да, говорю, бабушка одна вошла – долго уже. Он: а-а..., тогда понятно.

Я ему добавил о том, что она подает иск против родной дочери, а он мне в ответ – почти дословно процитировал то, что я услышал недавно: так, что Вы хотите, сейчас это не редкость.

Тут я задумался: два совершенно разных человека, а сказали одно и то же. Как это? Значит, это реально так и есть?

И вот судятся родители и родными детьми

М-да... Ну, конечно, судебные отношения между детьми и родителями – это еще с (до)библейских времен, были они и в советское время, конечно. Но, чтобы это считалось у людей в порядке вещей… – вот тут появился повод задуматься.

Ну, мы разговорились с ним (та женщина все не выходила, видимо, обсуждая детали своего иска с секретарем). А что, говорит он мне, ведь эти люди (того возраста, имеется в виду) – они же всю жизнь вкалывали, старались для своих детей, себе отказывали, только бы детям было лучше. А дети - … Да потом еще, вот влияние телевидения - детям ведь не запретишь смотреть телевизор?

Как это, подумал я, не запретишь-то? В конце концов, отец ты или так, паспортное наименование, в виде белкового приложения к своей жене, а также к СМИ и их ниткодержателю?

Ну, а если и сам запретишь, продолжает он, так у друзей, у знакомых – все равно будут смотреть, а там ведь, сам знаете, ЧТО можно увидеть, на ЧТО настраивают людей?

Ну, да, согласен. Однако, подумалось мне, как же у Вас дети – без Вашего разрешения будут тайком что-то там смотреть? У Вас, получается, с детьми никакого взаимопонимания нет (т.е. "раздел" семьи на больших и малых уже "успешно" произошел)? Т.е. они, что, САМИ что ли, не понимают, что телевидение (в его современном варианте) – это плохо? Как, скажем, плохо – пить «белковое» «детское» молоко и разные «смеси», курить, употреблять генетические продукты, наркотики, прыгать с крыши вниз головой, заниматься проституцией и т.п.? Получается – у детей Ваших – одна жизнь, по оним правилам и принципам. А у Вас, что… по другим?...

А он, тем временем, продолжает: вот у меня знакомые (семья) – хорошие, нормальные люди. А у них один сын сидит, другой – спился. Вот, такие дети.

Не могу молчать

Тут я уже стал озвучивать свои мысли вслух, следуя теореме Н.Г. Чернышевского «Не могу молчать»: а Вы уверены, говорю, что они – НОРМАЛЬНЫЕ и ХОРОШИЕ люди?

Ну, как, они – в обычном понимании – нормальные. Т.е. не алкаши, не преступники, работают, живут хорошо и т.п.

Вот он, кстати, позитив-то куда приводит. В данном случае – он привел к непониманию, почему возникли тюрьма и пьянка. А, следовательно, привел – к вероятности ПОВТОРЕНИЯ указанных моментов… (да, в том числе, и у указанного гражданина, как бы это ни прискорбно звучало; и дай бог, чтобы ему в суд не пришлось идти еще и по этому поводу). Когда – то ли не хочется, то ли не можется докопаться до корней. И когда, судя по сказанному, выходит, что все то, что не (спившийся) бомж и не преступник – все хорошо. Однако, итог, "почему-то", не очень хороший, повторимся: пьянка, да тюрьма.

У хороших намерений не может быть плохого итога (благими намерениями - это только у дьяволов дорога в ад вымощяется). Он получается, если хотят не «как лучше», а так, чтобы лучше было лишь на словах (а по сути – там уж видно будет).

А Вы заглядывали к НИМ внутрь? – спрашиваю. Общались с ними глубоко?

Ну, да что заглядывать – нормальные люди. Ну, в целом – нормальные.

Тут, наконец-то («в эту минуту – свисток оглушительный взвизгнул…»), подошла моя очередь, поэтому наш разговор прекратился. Продолжение его было, разве что, уже мысленным.

Вот бабушка, видя очередь аж в два(!) человека, спокойно, без проблем заявляет, что, вот, сейчас войдет. Понятно, что пожилой человек, ветеран труда и т.п. Но: откуда столько какой-то самоуверенной безразличности к окружающим? Какой-то беспардонности, что ли? Не ее ли впитала дочь, причем, настолько крепко и живо (она же малая была, впитывать могла хорошо, благо, живой пример был перед глазами), что теперь на нее приходится в суд подавать?

Или из описания моего собеседника (хотя, на самом деле, подобных ситуаций по стране – немерено, даже обсуждать не хочется) – родители нормальные, а дети – никудышние? Как это? Внешне – все хорошо, а внутри – скрежет зубовный, разруха и ТАКАЯ беда, что даже заглядывать-то туда. в душу, отнюдь не хочется - а то еще хуже будет? А также – безразличие к душевным устремлениям детей – их, мол, дело, что там и как?

Или еще один пример. Мать, в прошлом – парторг, директор школы, очень деловой и ответственный человек. Заботливая и умелая хозяйка. А дочь – как бы сказать – ленивая и бездарная.

А, может, все проще?

Может, один из корней описанных выше ситуаций состоит как раз в том, что между большими и малыми в свое время не было надлежащего понимания и взаимодействия? Вместо понимания использовалось послушание (нередко – излишне строгое, в целях хоть как-то принудить малых к тому, что необходимо) – до тех пор, пока у родителей это получалось. Ну, а когда перестало получаться – тут пошли тюрьмы, судебные иски и т.п. Дети, мол, повзрослели.

Надо сказать, что еще в относительно недалеком, советском прошлом – родителям было определенно проще. Ибо уважать родителей – это была норма ценностей тогдашнего социума, пусть и явно не прописанная законом (впрочем, разве можно законом регламентировать уважение и, тем более, любовь?). Конечно, существовали конфликты (и серьезные) между родителями и детьми, но – не в таком масштабе и количестве.

Детей, конфликтующих с родителями (в особенности, если – незаслуженно), в то время не было принято уважать, к ним, в целом, относились с некоторой опаской, а то и с презрением – окружающие. Поэтому, несмотря на (что было нередко) отсутствие взаимопонимания между большими и малыми, все-таки, общество, грубо говоря, не расползалось в стороны. Поэтому, худо-бедно, семья были сплоченнее. Судебных исков было меньше. Кстати, отнюдь, не потому, что для этого было меньше правовых возможностей. Все-таки, в целом, люди были… другими.

Да, это так. Хотя бы, потому, что раньше мужчине было довольно легко сделаться бомжом – для этого всего лишь требовалась соответствующая жена (ну, или сожительница), не более того, остальное было делом техники. Технология, с точки зрения права, имела примерно следующий характер. Жена или начинала изменять (если, к примеру, у нее был любимый ею человек, с которым она намеревалась жить в квартире, где вместе с нею жил еще и ее муж) или искусно делала вид, что изменяет (если не была любительницей «гулянок»). Ну, или вела себя как-то иначе, но соответствующим образом. Муж обижался. Ругался с ней, иногда бил – чего жена и добивалась. Она все это тут же высказывала соседям; но, в милицию, естественно, ни слова – до поры, до времени (жалко, мол, его, что же с ним поделаешь). И мужа, попутно, когда протрезвеет, успокаивала: вот, мол, жалко мне тебя, а так бы сдала тебя. Но нет, я же тебя люблю, не сдам уж. А тот: ну, да, хоть и гуляет, но любит. Ладно, мол.

Да, вроде бы, и жалко самца-то. Но, что вот с него возьмешь-то.

Затем, конечно, все повторялось. Вплоть до того момента, выжидая, пока он не примет дозу алкоголя побольше (а уж кому, как не ей, знать все его психологические аспекты; знать и чувствовать, КОГДА и КАК конкретно он себя может вести). После чего, словом за слово, добивалась, чтобы ей влетела очередная порция тумаков – посерьезнее. И вот тут – звонок в милицию, звонок к соседям, мол, помогите, убивают тут меня.

Кстати, в одной из ранних песен Ю. Шевчука прозвучал отголосок указанной технологии:

Жена – холера, с … тёщей,

Все подливали за столом,

Потом – звонок, чего уж проще;

И – вносят, вот, меня – в дурдом.

Дальше – очень просто. Муж получал несколько лет. Но: раньше, в отличие от сегодняшнего времени, подавляющее большинство населения жило в государственных квартирах (исключая частные дома, конечно). А наниматели государственного жилья, как известно, собственниками не являлись и не являются. При отсутствии нанимателя более, чем 1 год, он терял право на проживание, т.е. его можно было легко выписать из квартиры, лишив жилплощади. Ну, и все.

Через несколько лет муж возвращается, а ему все разъясняют, что по закону он в «своей» квартире не имеет никаких прав; если будет плохо себя вести – придется опять вызвать милицию. Посему, получив свои личные (и то, если они еще сохранились к тому времени) вещи, он мог идти, в принципе, в любое место. Например, к своим родственникам, друзьям. Ну, или - на улицу (на вокзал – как вариант). Так, в частности, появлялись бомжи. Но, не только так, конечно.

В настоящее время, вроде бы, многие имеют квартиры в собственности, поэтому таких вариантов стало гораздо меньше. Правда, возникли другие, но схожие варианты. Которых стало, пожалуй, даже больше, чем тех, советских. По крайней мере, интернет буквально кипит от жалобных сообщений. Теперь для аналогичной цели используется не уголовное, а гражданское и семейное право.

И одно замечание вскользь. Если раньше к недовольным режимом тоже применяли уголовное право и ссылали их (тогда их звали «контриками») в лагеря (ну, отнюдь не пионерские, конечно), то теперь в большей мере к ним применяют административное и гражданское право. Уголовное применяют, если индивид является совсем уж террористом или т.п. Забавное сходство, однако. Правда, честно сказать, пока не могу понять его первопричин, корней, то есть. То, как это объясняется в научной, не говоря уже о ненаучной, литературе, как-то не удовлетворяет.

Сейчас мы имеем определенно другую ситуацию: внешнее давление, держащее людей вместе, исчезло. Точнее, оно преобразилось, приняло иную форму. Если раньше оно имело, по большей части, административный характер, то теперь – экономический.

Да, в советское время существовали и так называемые товарищеские суды – по месту работы. Несмотря на всю их формальность, тем не менее, они в ряде случаев оказывали полезную услугу семьям: помогали людям преодолеть (временную) неприязнь друг к другу. Ибо, человек, не имевший «нормальной» семьи или имевший постоянные конфликты, смотрелся как-то косо. В конце концов, за неправильное поведение в семье на работе могли даже выговор дать, а то и из партии исключить (а членство в КПСС – это ценили и этим гордились – большинство). Понятно, что такая практика приводила, в ряде случаев, к перегибам, ложным жалобам. Которых, впрочем, было на порядок меньше, чем сейчас – судебных исков между родителями и детьми.

Сейчас же в России семья и ее целесообразность для многих оценивается, прежде всего, с экономической точки зрения (тем более, повторимся, коль скоро в обиход внедрены биологические концепции, не признающие в отношениях между людьми чего-то иного, кроме рефлексов и инстинктов; а ведь и в экономике довлеет, как правило, тот же биологический подход, только применительно не к людям, а к экономическим субъектам с опорой не на инстинкты, а на экономические законы и «рациональное поведение» - своего рода экономические рефлексы и инстинкты).

Сейчас - если человеку семья невыгодна и есть более выгодный и удобный вариант, достаточно многие (но, пока еще, не все, конечно) не будут ее сохранять. Зачем, мол, заморачиваться: любовь и т.п. – ничего же этого нет, наука, якобы, доказала, что, вроде как, есть только «химия» одна – и все. Понятно, что потом кто-то точно так же рассудит по отношению к ЭТОМУ же человеку, ну и т.д. – и так по кругу (особенно так любят рассуждать те, кто уже вошел в, как минимум, первый оборот указанного круга; в обиходе про таких иногда говорят, как про «неудачников»). Но, в силу существования определенной временнОй задержки между этими событиями, у человека создается иллюзия бытия (жизни, т.е.).

Итак, о конфликте между старшими и младшими

Так что, вот одна из главных причин конфликта между малыми и большими: органическая неспособность больших прислушаться, вчувствоваться в жизнь малых (имеется в виду – сделать это всем своим существом, а не на словах, с лицемерной улыбкой играя роль понимающего); это – нежелание малых принимать засохшую, отчасти – омертвелую форму мышления (да и поведения, иной раз) больших.

Как оно выглядит иногда, такое лицемерие, сказанное, вроде бы, из благих побуждений?

Например, мама, заранее копая для себя яму непонимания между собой со своим ребенком, говорит ему: «не трогай, это кака». Допустим, мама не захотела, чтобы ребенок поднял грязную бумажку с дороги и, не дай бог, не сунул ее в рот.

Но, дело-то здесь в том, что ребенок, как правило, еще не страдает той степенью искажения мышления, как его мама. И он не будет называть вещи чужими именами. Т.е. он не будет называть бумажку – «какой». Ведь это вещи – разные. В итоге, естественно, все это запечатлевается, причем, очень живо и крепко – первые впечатления детства. Ребенок сходу усваивает, что врать своим близким – это даже не то, что неплохо. Это, как бы между делом – проще, чем рукой пошевелить. Т.е. совершенно без разницы – правду потом говорить своей маме, или совершенно спокойно соврать ей – даже без надобности. Что бы она потом ни говорила, как бы ни ругалась или т.п.… мало ли что – сам ведь был когда-то в ее положении (ну, это все на подсознательном уровне, зачастую).

Ребенок чуть подрос и спрашивает родителей: а как я на свет появился, откуда я взялся? Мама с папой (да уж…), краснея, вместо правды начинают плести ему ерунду об аистах и прочих капустах. Попутно создавая ему крепкий ментальный барьер – в виде робости, смущения, а то и полного неприятия отношений с «противоположным» полом. Попутно, ребенок опять-таки усваивает – на практике – что врать можно направо и налево, важно единственное – чтобы создать хотя бы видимость правды, т.е. чтобы совсем уж не оказаться в дураках.

Если же мама с папой оказались «психологически продвинутыми» (начитались разной литературы, а то и имели несчастье обратиться к психологу) - то ситуация еще хуже; они могут даже показать ему соответствующий видеофильм или начать заниматься, так сказать, просвещением. Ну, тут без комментариев, как говорится. Остается лишь надеяться, что вскоре волна этого психологического идиотизма схлынет, уйдя туда, где ей место, т.е. к психологам.

Ребенок спрашивает: а что там, наверху, на небе ночью – светится, что за точки? Родители (ну, мол, «маленький» он еще), вместо того, чтобы потрудиться (а то и Википедию открыть, перед тем, как давать ответ на вопрос…), говорят примерно следующее: а, это огоньки из сказки; или – это бог (или Дед Мороз) светильники расставил по небу; или… ну, мало ли, что еще. Ведь таким родителям невдомек, что ребенок, во-первых, ОТЛИЧНО чувствует фальшь таких объяснений (повторимся, у него ощущение еще пока ЖИВОЕ, не засохшее и не отмирающее, в отличие от тех, кто в уже «броне»). Во-вторых, ребенок хорошо понимает шутки; правда, не в виде того «юмора», который иногда идет из СМИ и разносится по социуму.

В общем-то, можно и продолжить – о детских «неправильных вопросах».

Естественно, есть и иные причины. Это – личная (эгоистическая) выгода; это – и банальное нежелание хоть как-то считаться с существованием другого человека. Однако, если между людьми имеется взаимопонимание (повторимся, не на вербально-логическом, а на более глубоких уровнях, которые не описаны наукой биологией и, тем более, экономикой и психологией), зачастую, оно, это понимание, точнее, бытие, на котором оно основано, бывает ЦЕННЕЕ и нужнее, чем какие-то там материальные выгоды (например, жилплощадь, на которой проживает бабушка-истец).

Почему?

Ну, это уже, конечно, тоже отдельное большое рассуждение. Но, если совсем кратко. Дело в том, что здесь затрагивается вопрос о смысле жизни. В чем он? Каждый индивид дает разные ответы, но ясно одно: логически на этот вопрос ответить невозможно – в утвердительной форме. Ибо, подобных ответов немало, но все они опровергались так или иначе. Особенно актуален этот вопрос бывает для людей, которые, с одной стороны, кое-чего достигли в этой жизни. А, с другой стороны, еще не очерствели, не засохли настолько, чтобы перестать чувствовать бытие.

Следовательно, ответ лежит где-то в иной, НЕлогической, нематериальной сфере. Следовательно, материальное не может служить в качестве достоверного материала для формирования ответа.

А вот для человека, ощущающего и осознающего бытие, такой ответ ясен и очевиден. Но, нет бытия без (взаимо)понимания.

Потому-то, между людьми, обладающими (взаимо)пониманием, крайне редки серьезные споры на предмет выгоды, не говоря уже о судебных. Потому, что речь идет не об эгоизме или альтруизме, а о бытии, где оба эти упомянутые понятия попросту отсутствуют (конечно, зачастую – отсутствуют не полностью, некие зачатки все же имеются: ведь, в самом деле, не все люди являются святыми). Как следствие этого, являют себя родительская любовь, любовь детей к родителям, (взаимо)уважение, забота. Вместо – судебных исков и конфликтов между старшими и младшими. И, безо всяких возрастных кризисов, кстати.

Т.е., да, непонимание, конечно, очень может быть. Но, оно не будет являться исходной точкой возникновения конфликтов. Подобно тому, как неисправность в автомобиле может не являться причиной аварии.

Поэтому, конечно, не стоит удивляться или, тем более, насмехаться над тем, что малый совершает глупость, скажем, в личной жизни. Сам не понимает, но и больших не слушает; ни то, ни сё, мол. Большие ему иной раз во весь голос: ну, как же, мы же через это все САМИ прошли, давно уже, все ведь тут известно и понятно. А малый – нет, не слушает. Знакомо?...

В таких случаях большие начинают делать примерно такие выводы:

ну, малый еще, что с него(нее) возьмешь

ну, упорствует, на зло, видимо

подрастет – поймет

Да, конечно, бывают и такие ситуации. Когда малый, в самом деле, или поступает на зло окружающим (чтобы что-то доказать), или искренне заблуждается, по своей неопытности (в силу недостатка знаний о жизни и природе) не понимая некоторых вещей.

Но, бывает и по-другому, когда все не так. Часто бывает, что малый просто НЕ МОЖЕТ слушать большого – по указанной выше причине. Потому, что тот приносит малому, в виде своего или чужого опыта, грубо говоря, высохший муляж бытия; не само бытие в его живости и цельности, а его останки. Вот он, мол, мой опыт. Но опыт-то этот – обрезанный, неживой (и добро, если он хоть не пахнет, как говорится...). И потому – разве может на него ориентироваться малый – пока еще живой и полнокровный человек?

Почему опыт – обрезанный?

В свою очередь, почему так получается? Почему опыт – обрезанный? Во-первых, хотя бы потому, что у больших, в целом, принято кое-что не договаривать (не поймет, мол, мал еще). На самом деле, конечно, это практически всегда вызвано или душевной ленью или, что чаще, очень несложным корыстным побуждением: желанием держать малого, что называется, «в черном теле», т.е. в заблуждении (например, чтобы за себя не было стыдно). Но, даже если все честно, и большой старается говорить правду и только правду, в любом случае, повторимся, в силу организации работы его психической деятельности, в силу (нарушений) физиологии мозга, он часто бывает неспособным высказать свой прошлый опыт ТАК, как это происходило на самом деле. Конечно, есть прирожденные талантливые актеры, живописцы чувств, душевные экспрессионисты, которые могут это сделать. Да, есть. Но таковые – не все.

Поэтому ничего особенно удивительного в том, что в некоторых ситуациях малые не прислушиваются к, казалось бы, ценному жизненному опыту больших, на самом деле нет. К сожалению (или, к счастью), это так. Попутно, разумеется, сказывается и банальная неопытность малого, в силу которой он иной раз попросту поверить не может в то, что ему говорит большой. Пока не убедится сам.

И, естественно, понятно, что в ситуации – когда один неспособен выразить бытие (хотя бы в виде своего опыта и выкристаллизовавшихся на его основе крупиц мудрости), а другой – не желает питаться засохшим муляжом этого опыта, до конфликта – как рукой подать – недалеко. Даже, повторимся, если на вербально-логическом уровне все хорошо (приемлемо, по крайней мере).

Ну, а если и на этом уровне – тоже взаимопонимания (его зачастую еще согласием называют; или – компромиссом, в качестве грубого аналога) нет – вот тогда конфликт и принимает уродливые формы. Это когда – отчуждение, судебные иски и прочие нежелательные вещи.

С уважением к Вам.

Вот что мы можем сделать для Вас:
Интересная и полезная
информация
Изменить размер шрифта:
?